Россию никто не ждет на мировом рынке беспилотников

© Александр Улановский / Коллаж / Ridus

О беспилотных летательных аппаратах (БПЛА) мир узнал во время операции НАТО на территории бывшей Югославии и последовавших кампаний США в Ираке и Афганистане. Из-за низкой бомбовой нагрузки ударные БПЛА не могли вносить существенного вклада в ход масштабных боевых действий, но были идеальны для противоповстанческих и контртеррористических операций.

Дроны имели большое значение для разведки, но наибольший эффект от их применения был в информационной войне. Камеры БПЛА позволяли демонстрировать налогоплательщикам эффективность трат на вооружения: вот едет машина с террористами — и вот ее нет. За кадром оставалась реальная боевая работа, которую по-прежнему выполняла пилотируемая авиация и артиллерия.

Ⓒ Wikimedia Commons

Беспилотники стали символом американского технологического превосходства. Эти аппараты были только у США, за ними стояла вся мощь американских СМИ и кинематографа, и в массовом сознании они надежно ассоциируются с этим государством и его внешней политикой. Но этот эксклюзив не мог длиться вечно. Реклама порождает спрос, который американским компаниям не разрешало удовлетворять местное и отчасти международное законодательство, и этим воспользовались менее щепетильный в вопросах поставок вооружений Китай и исторически продвинутые в вопросах создания беспилотной техники израильские компании. Они начали захватывать образовавшийся рынок, спровоцировав в ответ активизацию США.

Россия

Россия исторический шанс ворваться «с ходу» на перспективный рынок «больших» БПЛА упустила. Серьезные работы по этой тематике в нашей стране начались через 11 лет после старта в Китае программы Cai Hong (CH) и через два года после первого запуска китайского средневысотного БЛА длительной продолжительности полета (класс MALE) Wing Loong. Присутствие первой модификации этого по китайским меркам уже устаревшего аппарата на статической стоянке прошедшего в июле авиасалона МАКС-2017 являлось безмолвным укором не только самой выставке, но и единственной его настоящей новинке — долгожданному российскому БЛА класса MALE «Орион». Впрочем, в отличие от китайца, российский беспилотник можно было увидеть только на экране или в виде подвешенной к потолку модели с одним крылом.

БПЛА «Орион-Э»© Ольга Соколова/Ridus

В презентации разработчика «Ориона» — группы «Кронштадт» (до 2015 года именовалась «Транзас») — отмечалось, что аппарат предназначен для патрулирования, разведки и доразведки объектов с обеспечением целеуказания и корректировки, оценки результатов нанесения ударов и топографической разведки. Для этого разработчик представил несколько вариантов полезной нагрузки: цифровую аэрофотосистему высокого разрешения, многофункциональную бортовую РЛС, систему радио- и радиотехнической разведки. Отвечая на вопросы журналистов, представители «Кронштадта» заявили, что ударный вариант «Ориона» может быть создан, если на него будет заказ.

Ⓒ Youtube.com

Заказа от российских военных не будет, пока не закончатся все испытания разведывательной версии аппарата, затем начнется очень длительная процедура принятия на вооружение, тестов, оформления сотен бумаг и так далее. Показательным примером в этом отношении является ударный вертолет Ми-28Н, который был принят на вооружение без обзорной надвтулочной РЛС из-за претензий к ее надежности. Недостатки на ГРПЗ устранили, и экспортная модификация пошла в Ирак с новыми РЛС, в то время как для российских военных продолжали закупать вертолеты без нее. В результате штатно оснащенные вертолеты будут поступать в войска уже с приставкой «М», поскольку их пришлось принимать на вооружение как отдельный образец военной техники. Не стоит исключать, что и с БПЛА может повториться подобная история, тогда экспорт будет основным источником доходов компании.

Для этого на МАКС-2017 «Рособоронэкспорт» подписал соглашение с группой «Кронштадт» о продвижении «Орион-Э» на иностранные рынки. В официальном пресс-релизе «Рособоронэкспорта» отмечается: «Важным глобальным трендом развития беспилотной авиации является практически 4-кратный рост закупок ударных БПЛА по сравнению с разведывательными беспилотными комплексами, а также прогнозируемое на период до 2025 года перераспределение объема решаемых беспилотной авиацией задач с разведывательных на ударные с 3% до 60%».

БПЛА «Орион» © Ольга Соколова/Ridus

При этом будет ли ударная версия беспилотника «Ориона», не уверены даже сотрудники пресс-службы «Рособоронэкспорта», причем настолько, что, говоря о возможности установки на «Орион-Э» комплекса вооружений, использовали уникальную для жанра официальных сообщений формулировку «по оценкам некоторых экспертов». Не добавляет надежд на успех российских оружейников и присутствующая в том же пресс-релизе цитата заместителя генерального директора «Рособоронэкспорта» Сергея Ладыгина о том, что он «рассчитывает на то, что они (производители вооружений, в данном случае группа „Кронштадт“. —  Прим. „Ридуса“) ответственно подойдут к выполнению обязательств, которые мы принимаем на себя при подписании контрактных документов с иностранными заказчиками». Получается, контрактов еще нет, а сомнения в их исполнении у российского официального посредника по продаже оружия уже есть.

В целом полезная нагрузка в 200 кг позволяет создать ударную версию БПЛА. Столько же может брать на борт американский ударный беспилотник MQ-1 Predator, который, впрочем, американцы планируют снимать с вооружения. Остальные характеристики «Ориона» в целом также повторяют характеристики ранних версий Predator, на который, видимо, и равнялись российские военные, когда в 2011 году составляли техзадание на беспилотный летательный аппарат в рамках ОКР «Иноходец», по результатам которого появился «Орион».

Ⓒ AF. mil

Именно это изделие, по словам Ладыгина, «в перспективе может отвоевать существенную долю мирового объема рынка беспилотников», возможно, мы даже «выйдем на одно из ведущих мест в мире по поставкам этих систем».

Кроме «Ориона» захватывать рынок Россия планирует с его 5-тонной версией, о перспективе создания которой рассказали представители группы «Кронштадт». Этот аппарат, судя по всему, станет аналогом американского MQ-9 Reaper.

В России ведутся разработки и других «больших» БПЛА. В СМИ фигурировали такие названия, как ОКР «Альтиус» (аппарат класса MALE — масса до 5 тонн, еще один аналог американского MQ-9 Reaper) и находящийся на стадии НИР «Охотник» (универсальный высотный БЛА длительной продолжительности полета c возможностью нанесения ударов по объектам в воздухе и на земле — предположительно, аналог американского X-47B). Первые два аппарата разрабатываются ОАО «ОКБ „Сокол“» (ОКБ имени Симонова) совместно с группой «Кронштадт», а последний является проектом «Объединенной авиастроительной корпорации» (ОАК).

«Альтиус-М» будет производиться серийно только после 2020 года. Об этом заявил представитель ОКБ имени Симонова Нияз Тагиров, а позже в СМИ появилась информация о том, что у разработчиков данного БПЛА не хватает средств на развитие проекта. Таким образом, кроме «Ориона», из «больших» БПЛА России предложить миру будет нечего как минимум до 2020 года.

Что на кону?

По данным доклада Research and Markets, мировой рынок военных БПЛА составит 13,7 млрд долларов к 2026 году, а в 2016-м его объем был 8,5 млрд долларов. В год этот рынок будет расти на 4,8%. По данным Goldman Sachs Research, общий объем рынка военных БПЛА в 2016—2020 годы составит 70 млрд долларов, то есть в среднем 14 млрд в год. Для сравнения: Россия в 2016 году поставила вооружений иностранным заказчикам на 14 млрд долларов; в этой сумме — системы ПВО, корабли, тяжелая бронетехника и т. д.

Стремление «Рособоронэкспорта» стать заметным игроком на этом рынке в условиях постепенной переориентации крупнейших импортеров российских вооружений на собственное производство или на более продвинутые западные технологии, понятно.

Проблема в том, что рынок очень плотно занят конкурентами, которые могут предложить и более технологичные (США и Израиль), и более конкурентоспособные по цене изделия (Китай). Если посмотреть на доли рынка в денежном исчислении, то во главе списка импортеров только американские компании, крупнейшей из которых является разработчик Predator и Reaper — General Atomics Systems, на нее с учетом домашних поставок приходится 19,9% мирового рынка. Дальше следуют производители двигателей, вооружений и полезной нагрузки для БЛА, а также малых разведывательных аппаратов из США — Lockheed Martin (15,4%), Northrop Grumman (11,5%) и Honeywell (5,6%). Более 10% мировых трат на БЛА аккумулировал Boeing со своими проектами перспективных аппаратов B-47. Единственные не американские производители в данном списке — это создатель аппаратов CH-3 и CH-5 китайская China Aerospace (ее доля на рынке составляет 7,6%) и израильская Israel Aerospace Industries (IAI) с 2%, которая разработала и поставляет БЛА Heron.

Lockheed-Martin RQ-3 DarkStar Ⓒ AF. mil

Такое распределение является отражением приоритетов государственной политики. Траты США на разработки боевых БЛА составляют 73% от всех трат на аналогичные проекты в мире. Кроме того, на стороне американских компаний мощная поддержка государства и спрос со стороны богатых союзников по НАТО. По оценке аналитиков R&M, 32% рынка в ближайшие годы составят закупки США, 31% — стран Европы, еще 30% придется на счет стран Тихоокеанского региона. На Ближний Восток, как ожидается, придется 4% рынка, а на Латинскую Америку и Африку — 2%.

Таким образом, 62% рынка в денежном выражении для российских аппаратов можно считать закрытыми. Шансы у наших производителей есть только на долю в оставшихся 38%. Это страны, которым США не продает свои аппараты или которые не могут себе позволить их приобретение. Именно на этой территории активно играет Китай. Кроме того, дешевые БПЛА начинают производить и другие страны. На данный момент ударные БЛА производят, кроме США, Китая и Израиля, Иран и Турция. Иранские БПЛА Shaheed 129 были проданы в Сирию, Судан, Ирак, Ливан, Венесуэлу. Турция стала создавать свой беспилотник из-за того, что США не поставили в эту страну соответствующие аппараты, и также, вероятно, найдет покупателя в регионе Ближнего Востока.

С другой стороны, емкость рынка еще очень велика. По данным доклада New America Foundation, 78 стран мира уже используют БЛА исключительно для разведки, но только десять государств (США, Великобритания, Саудовская Аравия, Израиль, Китай, Пакистан, Ирак, Иран, Нигерия и Турция) располагают ударными БПЛА, и лишь у восьми стран есть опыт их боевого применения.

США

Правительство США длительное время не разрешало поставки «больших» БПЛА за границу даже ближайшим союзникам по НАТО. Основным камнем преткновения между производителями дронов и руководством страны являлась возможность утечки технологий и выполнение международного договора о «Режиме контроля за ракетной технологией» (РКРТ), в который входят 34 страны и согласно которому запрещена продажа ракет, способных нести нагрузку в 500 кг на расстояние более 300 км. Под действие этого договора с 1992 года подпадают и тяжелые беспилотники.

Снимать ограничения в США постепенно начали в 2015 году, когда стало очевидно, что пассивная позиция приводит к появлению даже среди союзников тенденций к началу собственных программ создания тяжелых БПЛА или закупке их в Китае. После ослабления ограничений администрацией Обамы MQ-9 Reaper был продан в Великобританию, Италию, Испанию, Нидерланды и Францию. При этом только Италия и Великобритания получили разрешение на боевое применение этих БПЛА. В ноябре 2016 года Великобритания объявила о покупке 26 единиц Predator B. Первые 16 из них были поставлены по цене 1 млрд долларов с опционом еще на 16. Сумма сделки с Испанией составила около 243 млн долларов.

Была проведена работа и на дипломатическом фронте, в рамках которой американцы фактически очертили границы своей беспилотной сферы влияния (в том числе и для стран, которые попали в ее пределы). Это действие было облечено в форму международного документа — «Декларации по экспорту и эксплуатации ударных БПЛА» (The Joint Declaration on the Export and Subsequent Use of Armed or Strike-Enabled Unmanned Aerial Vehicles, сокращенно UAVs). Ее подписали в октябре 2016 года 52 наиболее платежеспособных государства Европы, Азии, Латинской Америки и Африки.

Кроме того, США активно продвигают БЛА на рынках, где традиционно сильны позиции России. В Индии США довольно давно ведут переговоры о поставке аппаратов Reaper. В ноябре 2015 года агентство Bloomberg сообщило, что Индия может стать первым государством вне НАТО, которое получит право на их закупку. Летом 2016-го, после визита Барака Обамы в Индию, крупнейшее информагентство этой страны PTI сообщило, что правительству США был направлен запрос о приобретении аппаратов MQ-9 Reaper в модификации для использования ВМФ — Guardian.

В июне этого года в США сообщили о готовности продать Индии 22 таких аппарата. Известно, что эта тема обсуждалась на встрече Дональда Трампа с премьер-министром Индии Нарендрой Моди 26 июня. БПЛА будут поставляться в разведывательной конфигурации и не смогут нести вооружения. Несмотря на это, сделка оценивается в 2 млрд долларов.

MQ-9 Reaper Ⓒ Wikimedia Commons

Хотя в США намерены отказаться от эксплуатации MQ-1 Predator уже в 2018 году из-за низкой полезной нагрузки, обуславливающей «отсутствие модернизационного потенциала», эти аппараты пользуются спросом в мире. В основном США продают невооруженную версию этого БПЛА. Для этого даже была создана специальная модификация — Predator XP.

На данный момент MQ-1 стоит на вооружении четырех стран, не считая США, — Италии, Турции, ОАЭ и Марокко. Ведутся переговоры о поставках Predator XP в Иорданию, хотя военное руководство королевства заявило, что хотело бы приобрести Reaper, но соответствующего разрешения на поставку от правительства США компания — производитель БПЛА пока не добилась.

Китай

Китай несколько позже США и с несколько меньшим финансированием взялся за создание «больших» БПЛА, но зато сумел оперативнее компаний из США выйти на рынки стран третьего мира. Первыми покупателями китайских дронов стала Саудовская Аравия, которая приобрела аппараты компании AVIC Wing Loong (WL-1), а затем Нигерия: она купила аппараты Cai Hong (CH-3) компании CASC.

Сегодня WL-1 — аналог американского MQ-1 Reaper и российского «Ориона» — используется, помимо КНР, в шести странах, среди которых традиционные российские партнеры по военно-техническому сотрудничеству и страны, на вооружении которых стоят российские образцы военной техники: Египет, Казахстан, ОАЭ, Узбекистан, Нигерия и Саудовская Аравия.

Легкие разведывательные аппараты CH-3 эксплуатируют вооруженные силы Нигерии и Туркменистана, а ударные CH-4B (аналог MQ-9 Reaper) — Египта и Ирака.

Китай, как и США, уходит от аппаратов типа Predator и ориентируется на создание ударных БЛА с большей полезной нагрузкой. Разработанный CASC новый тяжелый 3-тонный БЛА CH-5 совершил первый полет летом 2016 года. По данным производителя, аппарат может находиться в воздухе до 60 часов, его дальность полета составляет до 10 тысяч км и он «не уступает американскому Reaper».

Конкурирующая с CASC китайская компания AVIC представила на прошедшем в июне авиасалоне Ле-Бурже свой аналог Reaper — новую модификацию WL-2.

AVIC WL-II Ⓒ Twitter.com

Пока китайские БПЛА класса MALE существенно проигрывают американским конкурентам, но при этом предлагаются по существенно более демократичной цене и с меньшими ограничениями, в том числе по применению вооружений. По данным исследовательского агентства Forecast International, китайские аналоги Reaper обходятся покупателям в среднем примерно в 1 млн долларов за аппарат, что в 30 раз дешевле оригинала.

При этом Китай не только инвестирует в НИОКР, но и занимается традиционным для Поднебесной промышленным шпионажем. Примечательный случай произошел осенью 2015 года, когда этнические китайцы Уэнкси Мэн и Синьшен Чжан пытались переправить на историческую родину разобранный БПЛА MQ-9 Reaper.

К китайской угрозе на рынке БПЛА серьезно относятся в США. По оценке Минобороны этой страны, Китай произведет с 2014 по 2023 год 41 800 беспилотников общей стоимостью 10,5 млрд долларов.

Израиль

До 2014 года Израиль оставался крупнейшим экспортером БПЛА в количественном отношении. С 2010 по 2014 год компании из этой страны поставили 165 БПЛА (США, для сравнения, за тот же период — только 132).

Не считая Израиля, Heron стоит на вооружении 12 стран мира: Азербайджана, Австралии, Бразилии, Канады, Эквадора, Германии, Индии, Марокко, Сингапура, Южной Кореи, Турции и США. Крупнейшими эксплуатантами являются Бразилия (15 аппаратов) и Индия (50 аппаратов). Именно масштаб отношений Индии с IAI подтолкнул США к активизации на переговорах о поставке в эту страну Reaper.

Как и в случае с Heron, в списке экспортеров Hermes 900 преобладают страны Латинской Америки и Европы: Бразилия, Чили, Колумбия, Мексика и Швейцария.

По стоимости израильские БПЛА находятся где-то между американскими и китайскими (это общая оценка, учитывая, что характеристики аппаратов отличаются). К примеру, три единицы Heron обошлись Южной Корее в 30 млн евро.

Слабой стороной израильских компаний по сравнению с США и Китаем является ограниченный объем внутреннего рынка.

Опубликовал

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *